В 15 лет он впервые по-настоящему прикоснулся к миру духовного целительства, когда его дядя вернулся в деревню после долгой диэты. В семье о нём говорили как о Мурайе — высшей ступени духовного развития в шаманской традиции шипибо, — и с уважением вспоминали церемонии исцеления, которые он проводил. Эти истории глубоко вдохновили его, и в том же году он впервые принял аяваску.
К 23 годам он начал свою первую диэту под руководством отца, также являвшегося шипибо-шаманом. С тех пор он посвятил жизнь исцелению, сопровождал многих учеников и продолжал диэту с разными растениями, чтобы углублять мудрость, унаследованную от предков. Более 28 лет работы с аяваской сделали его опытным проводником, для которого церемония — это не просто практика, а пространство искреннего служения и передачи знания через сердечное икаро.